Архивы для Июнь, 2011

О доверчивости киприотов

Киприоты очень доверчивые люди. Сейчас, правда, понаехавшие из не самых благополучных стран граждане Евросоюза постепенно отучают наивных островитян  от былой беспечности, и это очень жаль. Не потому, что хочется обманывать наивных аборигенов, а просто приятно, когда тебе доверяют. Но всё равно здесь до сих пор прекрасно действует принцип экономических взаимоотношений, так милый сердцу великого комбинатора Остапа Бендера: утром стулья – вечером деньги.

Можно даже не ближайшим вечером, а сильно отнесённым во времени.
Четвёртый год живу, а всё удивляюсь. Как-то ещё в самом начале мы мебель покупали. Пришли в магазин, выбрали, сказали адрес, куда доставить. И тут продавец говорит: «Сэр, вам как удобнее: сейчас расплатиться или, когда мебель привезут вам домой?» Я, конечно, говорю, когда привезут домой. Сам себе думаю, конечно, отдай им деньги сразу, так они, глядишь, и вовсе не привезут или исцарапают по дороге. На следующий день мебель привезли, и носильщик поинтересовался, не будет ли сэр так любезен, чтобы теперь расплатиться. Я протянул ему кредитную карточку, но он извинился, что у него нет с собой машинки, чтобы прокатать карточку.

– Что же делать, у меня нет наличных, – заволновался я.

– Донт вори, сэр, – приедете в магазин, когда у вас будет время и расплатитесь.

Времени у меня не было целую неделю, но ни разу мне не позвонили и не напомнили. И мы постепенно к этому привыкли. Мы люди небогатые, лишних денег никогда нет. Покупаем как-то кондиционеры в новый дом, а денег набралось только половина.

– Донт вори, – улыбается хозяин магазина, – потом отдадите.

Но в суматохе с переездом и с другими покупками мы забыли о долге. Месяца через три раздаётся звонок, и застенчивый голос спрашивает, как скоро мы сможем окончательно рассчитаться за кондиционеры. Не то, что они торопят, просто так спрашивают…

А как-то останавливает меня полисмен за превышение скорости. Спрашивает права. А я их, как назло, дома забыл. Даже правильней сказать, не как назло, а как обычно. Окей, давайте хотя бы техпаспорт на машину. Тоже дома, да я и вообще плохо себе представляю, как он выглядит – там всё по-гречески. Дали мне при покупке машины кипу каких-то бумажек, а кто из них техпаспорт, пойди, разбери. Окей, покажите, хотя бы страховку. Вообще не понимаю, о чём он.

– Хорошо, номер телефона своего помните? – не теряет самообладания полисмен.

Я называю номер телефона, полисмен вводит его в портативный компьютер, компьютер выплёвывает бумажку, и через минуту я с этим чеком на оплату штрафа сажусь в машину, а полисмен желает мне счастливого пути.

Вообще, хочется сказать, что доверчивость киприотов порой не только умиляет, но даже и ужасает. Поразительный случай приключился со мной однажды в банке. Мне нужно было перечислить со своего счёта довольно внушительную сумму в одну из бурно развивающихся арабских стран. Паспорта, естественно, со мной не оказалось, банковской карточки тоже, я уже было повернулся, чтобы уходить, но банковская служащая остановила меня вопросом:

– Телефон свой помните?

По её лицу было видно, что спросила просто так, будучи уверенной, что такой экстравагантный посетитель себя-то как зовут, вряд ли помнит, не то, что номер телефона. Но телефон я вспомнил! Операционистка тут же ввела номер в компьютер, пощелкала клавишами и сообщила мне, что транзакция успешно прошла. Выходя из банка, я ругал себя на чём свет стоит – ну чего мне было не назвать телефон соседа, у него на счету денег много, может, он и не заметил бы!

Царский фрукт

Года два назад я тут бесхозное дерево случайно обнаружил. Инжир, или, как говорят англичане, фига, или, как говорят местные жители греческого происхождения, сига. А в Черногории, помнится его «смоквой» называли. В некоторых словах я просто полиглот.

Фрукт это совершенно потрясающий. Универсальный. Не даром ещё в Библии говорится, что Ева, вкусивши эту прелесть, его же листиком и прикрыла невинность. Там же есть легенда о том, как смоква стала царём среди всех деревьев. И я, хоть и не могу разделить все постулаты этого творения, здесь целиком и полностью согласен – это царский фрукт. А ещё он очень при кашле помогает, если в виде варенья его употреблять с горячим молоком.

Глянул про свой любимый фрукт в интернете и обнаружил, что:

 

  • «Для того чтобы образовались соплодия (фиги), на участке среди женских экземпляров обязательно должны быть мужские деревья. Обычно на сотню женских деревьев равномерно высаживают 5—6 мужских особей, которые используются в основном как опылители». И в подтверждение этой теории приводится занимательная легенда:
  • «Рассказывают, что некий купец не знал об этом и попал впросак. Проведав, что торговля инжиром — дело прибыльное, он приобрел большой фиговый сад. Его конкурент, хитрый и завистливый, решил навредить ему. В разгар уборки урожая он зашел к купцу и сделал удивленный вид: «Зачем ты держишь в своем саду эти бесполезные деревья? Только место занимают, а плодов не дают. Я уже давно избавился от них у себя». Малоопытный в растениеводстве купец побежал за топором и вырубил «бесполезные» деревья. Когда же через год пришло время сбора урожая, в его саду убирать было нечего. Так повторилось несколько раз, пока недалекий купец не вырубил весь сад».

Здесь я должен с полной ответственностью заявить – враньё всё это. У меня самого в саду сидит деревце инжира, единственное на весь наш аул, и само оно от горшка – два вершка, а ничего, плодоносит. Пока немного, правда, штук по сто даёт.

А то дерево, о котором я сейчас рассказываю, в радиусе трёхсот метров соседями вообще никаких деревьев не имеет.

Причём, недалеко от собственного дома я это дерево нашёл. Огромное дерево, метров пятнадцать в диаметре. Ну, хорошо, пусть будет десять. Но больше ни сантиметра не уступлю. Разве мог советский человек пройти мимо такого сокровища? Не мог, тем более, что здесь инжир на рынке четыре евро стоит за килограмм. И с тех пор, с октября по декабрь включительно я вокруг этого дерева, как пушкинский кот вокруг известного дуба. Только вместо златой цепи на моем дереве фрукты. В каком-то невероятном количестве. В первый раз я набрал килограмм десять, и мы всей семьёй так ими объелись, что потом чай пили без сахара, настолько они были сладкими. Потом я стал собирать понемногу, килограмма по три-четыре. Домашние его не доедали и он портился. Тогда я стал собирать килограммов по шесть-семь и из не съеденного варил варенье. Инжир ведь ещё чем замечателен – он зреет постепенно. Собрал ты две сумки, и вроде больше ничего не осталось, остальное зелёное, а через пару дней приходишь и снова две сумки собираешь. И так в течение двух, а то и трёх месяцев.

Я, правда, проговорился, выдал своё тайное дерево знакомым. Но они не нанесли большой урон моей плантации. Они один раз приехали, собрали штук десять-двадцать фруктов, но им показалось трудным это занятие и небезопасным. Там вокруг всякие колючки растут, рвут одежду и человеческую плоть. Надо же, а я не замечал! Правда, сам я каждый раз прихожу домой после сбора урожая весь в крови, но это потому, что когда я чем-то увлечён, я не вижу ничего вокруг. И жена моя удивляется, как же это я так зверски расцарапал все руки и ноги и не почувствовал! А на то я и советский человек!

Про рыбалку

Сколько себя помню, всегда рыбалку любил. Она так часто снилась по ночам, как трепещущему всеми фибрами души жениху недоступная пока невеста. Понимаю, что сравнение неудачное — и недоступность невесты вызывает недоумение, и склонность жениха к прелестям именно женского пола, —  но я же говорю про то, что было раньше.

Мой папа одно время часто ездил с друзьями на рыбалку, и всякий раз они привозили кучу рыбы, буквально мешками, и даже огромных черепах, которые потом годами изничтожали наш огород.

Жили мы так далеко, что рыбачить им приходилось аж на Сыр-Дарье. Была тогда такая река, а может, и сейчас есть, хотя столько с тех пор воды утекло, что даже представить себе невозможно, что ещё что-то есть. Рыбы там в самом деле было очень много — и жерех, и краснопёрка, и сом, и судак. Да, вот ещё сазан, — чуть не забыл главное. Местные жители никогда не рыбачили, им это было  в непривычку,  поэтому рыба там всякий страх потеряла и приобрела невероятные размеры. Говорят, сомы там вырастали до пяти метров в длину  (на всякий случай уточняю, а то вдруг кто-нибудь подумает, что в ширину).

Так вот, отец привозил так много рыбы, что пришлось нам на огороде даже коптильню соорудить. И заведовал коптильней исключительно я.

Однажды папа согласился взять меня с собой. Для этого я должен был встать в три часа ночи, причём сам, он меня будить не обещал, — видимо, хотел использовать последний шанс, чтобы отделаться от моей компании. Что такое будильник, у нас в семье просто не знали. Слышали о существовании такого прибора, но не представляли его практической ценности, ибо родители сами каждый день вставали не позже, чем в шесть утра, без всякого будильника.

Ночью я спал тревожно и проснулся без пяти три.

Так впервые я попал на рыбалку. Подробностей ловли не помню, было мне всего шесть лет. Помню только, что другой мальчик, сын друга моего отца, утопил тогда мой новенький игрушечный трактор. Несмотря на это, мы подружились, но трактора я ему до сих пор простить не могу и всякий раз требую моральной компенсации, когда он из теперь уже Риги приезжает ко мне на теперь уже Кипр.

В последующие сорок с лишним лет я ещё раза три рыбачил и окончательно понял, что это — моё. Поэтому, когда встал вопрос о новом месте жительства, выбор мне облегчало знание того, что это будет только берег моря. Так я попал на Кипр.

Теперь, на новом месте, надо было позаботиться о снаряжении. Перебирая в уме различные плавсредства (яхты, батискафы и пр.), я решил остановиться на резиновой надувной лодке. И через некоторое время купил её — двухместную, с полным набором всего необходимого. Надул, вышел в море с удочкой. Сразу стало ясно, что, с учётом китайских стандартов, мне нужна была не двухместная, а, как минимум, шестиместная лодка. Я провалился куда-то глубоко, воткнувшись своей «кормой», как якорем, в морское дно, а нос и корма лодки вздыбились и сошлись в одной точке, выстреливая в небо, как две жемчужины между створок раковины моллюска, мои красивые ноги.

В таком виде я всё же выгреб на оперативный простор, подальше от стыда, и закинул удочку. Леска, размотавшись на полную длину, отвязалась от удочки, и поплавок, не желая далее делить со мной позор, отправился в одиночное плавание. Я подналёг на вёсла, чтобы вернуть негодника в лоно семьи, но перестарался, и одно весло с хрустом разломилось пополам. Теперь следовало подумать о том, как бы самому вернуться в лоно семьи, и, без сожаления бросив тщетную погоню за предателем, я стал грести к берегу тем, что осталось. Не без труда и не сразу, но всё же мне удалось пришвартоваться, и под одобрительные взгляды загорающих я задумчиво поволок своё плавсредство к машине. Конечно, если бы не зрители, я бы его там же и бросил, но публике надо было показать, что всё идёт как задумано.

В общем, погнался поп за дешевизной. Я ведь давно приглядел замечательную четырёхместную лодку в красивой коробке за пятьдесят евро, но – зашёл в другой магазин и увидел эту, всего за семь. Ну, и не удержался…

Впечатлений от рыбалки хватило на несколько месяцев, в течение которых я на берегу вынашивал планы новых морских приключений.

Дальше моя рыбацкая карьера складывалась так. На день рождения сосед подарил мне спиннинг и к нему всякий «фарш». Не имея представления, как это применить, я всё любовно сложил в шкафу до лучших времён. И тем же летом лучшие времена настали. Я познакомился с двадцатилетним русским юношей, который, живя в Ирландии, каждое лето приезжает на Кипр навестить свою бабушку. Он оказался заправским рыбаком и обладателем двух спиннингов. Новый знакомый собрал мои снасти, и несколько раз мы ходили с ним на озёра и на море. Правда, улов (если он был) всякий раз оказывался столь ничтожным, что приготовить из него ничего  было нельзя, и я складывал его в морозилку, чтобы накопилось побольше. Пару раз мне попадалась крупная рыба — аж с сигаретную пачку, остальное было мелочью. Рыбу меньше спичечного коробка я не брал.

Потом юноша уехал, оставив мне свои снасти на сохранение до следующего года. Рыбу мои домашние, дождавшись, пока я о ней   забуду, потихонечку выбросили. А жаль, ведь следующим летом я мог бы набрать приличное количество — с учётом уже пойманного. Теперь придётся начинать всё сначала.

Ладно, пойду крючки точить.

Сбор урожая кактусов в феврале

Тяжела жизнь сельского труженника.

Японский ресторан Akakiko

Японский ресторан Akakiko: маленький кусочек Японии в сердце турзоны Лимассола. Волшебство «нихон рё:ри» — японской кухни — давно очаровало русских людей обилием рыбы и морепродуктов. В меню Akakiko классические японские рецепты — суши, сашими, темпура, тепаньяки, сукияки, блюда из лапши и из морепродуктов. По-японски радушный персонал.

Открыто: ежедневно с 19:00 до 23:00, Пятница-Воскресенье открыто для обеда с 12:30 до 15:30.

Адрес: Apollonia Hotel, Georgiou A’, Potamos Germasogeias, Limassol. Ресторан Акакико находится пятизвездочной гостинице Apollonia Beach Hotel в турзоне Лимассола.

Телефоны: 25323351, 77778999, 99426560

Парковка: на 80 автомобилей.

Количество посетителей: до 150 человек одновременно.

Кухня: японская.

Напитки: большой выбор вин, саке, импортное пиво, японский чай.

Уровень цен: средний счёт €20 с человека.

Специальное обеденное меню в пятницу, субботу и воскресенье с 12:30 до 15:30 — блюда по €6,90.

Рейтинговый индекс Кипра снижается

Агентство Fitch Ratings, которое занимается проставлением рейтинга всем странам мира, недавно снизило показатели Кипре с А- до АА-, что равнозначно потере трех позиций.

Основная причина – это экономические проблемы в Греции, в облигации которой, как известно, Кипром вложено около 14 миллиардов евро. Это составляет примерно 30% от всех банковских активов острова.

Таким образом, проблемы в Греции прямым образом ухудшают капитализацию кипрских банков.

Напомним, что Греция стала первой страной Евросоюза, получившая экономическую помощь в 110 миллиардов евро в виде кредитов. Однако для восстановления экономики в ближайшие годы может потребоваться еще как минимум 60 миллиардов.

Не покупайте недвижимость на Кипре!

В последнее время многие наши соотечественники, устав от чудес своей прекрасной родины, гуртом устремились во всевозможные уголки земного шара с целью подыскать себе новую. Во многом их можно понять, но сейчас не об этом. Мне просто хотелось остеречь разомлевшего от моря и солнца туриста от необдуманного поступка. Написано сие не от балды, как нужно теперь говорить, согласно новым законам русского языка, а исключительно на основе собственного опыта.

Заявляю совершенно ответственно – покупать недвижимость на Кипре в качестве инвестиций абсолютно неблагодарное дело. Разрыв между ценами на продажу и ценами на аренду таков, что окупаться ваша покупка будет несколькими десятилетиями.

То же, если вы вздумаете приобрести недвижимость как дачу. Зачем вам эта кабала? Так вы можете поехать в отпуск куда вздумается, снять отель, какой захочется и прекрасно провести время. Купив же недвижимость здесь (да и вообще, где угодно), вы будете, как наказанный, вынуждены ездить каждый год только сюда, только сюда, только сюда…
Остаются ещё те, кто собирается здесь осесть всерьёз и надолго. Вот для них-то и написана эта заметочка.

В своё время мы с женой, насмотревшись интернета и наслушавшись моих взрослых детей, купили домик в Черногории, где решили доживать свою старость. Вернее, я так решил, а жена ни о какой старости не помышляла. Наоборот, она веселилась, прыгала и плодила детей с производительностью штамповочного пресса. И через короткое время мы поняли, что ошиблись с выбором нового места жительства. Дело в том, что Черногория, замечательная во всех отношениях страна, имеет один существенный недостаток. Там нет английских школ. Куда же нам отдавать нашу мелочь на учёбу? Сербский язык, конечно, замечательный, и нашему брату куда как более доступный, нежели английский, но все же менее универсальный. Самому-то мне не важна среда общения – я одинаково плохо владею и сербским, и английским языками. А ещё узбекским, но туда не хочется, да и жил я уже там когда-то. Немного лучше владею русским языком, но туда тоже пока не хочется.

И обратили мы тогда свои взоры на бывшую английскую колонию остров Кипр. Колониальное его прошлое подсказывало, что здесь в английским языке недостатка не будет.

И мы бросили свою черногорскую халупу и, увешанные детьми и чемоданами, ринулись в Лимасол. С английским языком здесь, действительно, никаких проблем не было, здесь на нём изъясняется каждая кошка, коих в этих местах великое множество и я даже где-то вычитал, что Кипр – первое место на земле, где это животное одомашнили. Но что было приятно, особенно мне, это то, что с русским языком здесь тоже не пропадёшь – почти в любом магазине тебя поймут и обслужат, да и вывески на русском языке встречаются почти с такой же частотой, как в Москве.

Но я всё-таки перейду, наконец, к главной цели этих записок, а именно – остеречь потенциальных покупателей недвижимости, если кто-то забыл.

Итак, один из самых больших недостатков острова является именно то, что он остров. Здесь скучно. Делать нечего, поехать некуда. Как в тюрьме. Изо дня в день всё то же солнце, всё то же голубое небо, всё то же море, всё то же гладкое пустынное шоссе! Хоть бы какая-нибудь пробка! Я здесь в машину дисков набрал с аудиокнигами, так где там успеешь послушать, хоть мы и выбрали школу в двадцати километрах от дома. Один короткий рассказ слушаешь целую неделю, напрочь забывая, что там было в начале. Нет, ценителям полнокровной жизни здесь, действительно, делать нечего. Им лучше обратить свои взоры на Таиланд или Бразилию – вот уж где праздник жизни не стихает ни на минуту! Любителям же ещё большего разнообразия можно посоветовать какой-нибудь Ирак, или Сомали, или вообще оставаться в России, желательно, ближе к югу.

Достопримечательностей мало. Мы за четыре года жизни здесь пересмотрели чуть ли не половину. Правда, проживя несколько десятков лет в Москве, мы и столького не успели увидеть – всё как-то некогда было. Здесь тоже некогда – то в Израиль съездить соберёшься, то в Иорданию, то на Крит или Родос. Чего не ездить, всё же под боком, хоть на самолёте, хоть на теплоходе.
Вообще, насчёт скуки я не очень компетентен что-либо рассказать. Не понимаю значения этого слова. Никогда в жизни мне не было скучно, наоборот, хронически не успеваю сделать что-то, о чём мечтаю.

Здесь у меня участочек небольшой вокруг дома, сотки четыре всего, так я его так обсадил всякими растениями, что местные жители на экскурсию приходят. И ведь всё колосится, всё плодоносит, причем с первого года! Не могу удержаться, чтобы не перечислить все свои посадки, но только плодовые, названий остальных я в большинстве не знаю. Итак, с четырёх соток я собираю урожай: лимонов, апельсинов, мандаринов, лаймов, памело и кумкватов (это всё цитрусовые). А ещё виноград шести сортов. Конечно, яблоки, груши, персики, сливы и абрикосы. А ещё мушмула, киви, инжир и хурма. Да, манго с гранатами чуть не забыл! А ещё бахчевые всякие, типа арбузов, дынь, тыкв и помидоров, перечислением которых не буду утомлять читателя. За неимением места пришлось уставить горшками с растениями все веранды, коих на счастье у нас в доме целых шесть и не таких, как в Москве, а таких, что на велосипеде ездить можно. Это при выборе дома у меня главным критерием было – наличие многих веранд. Вырос я в Узбекистане и знал, что в таких странах основное время человек проводит не в доме, а на улице, во всяком случае, завтракает, обедает и ужинает. А это, согласитесь, занимает, если и не основное время, то уж во всяком случае, приятное. Я так увлёкся верандами, что остальные помещения в купленном нами доме оказались маленькими и тесными.

Так что где тут скучать – на море сходить некогда. Хотя купаться можно, в общем-то, круглый год, что и делают заботящиеся о продолжительности жизни экстремалы. Но обычный купальный сезон здесь всего восемь месяцев, с апреля по ноябрь. Так вот скучать некогда, с утра развезёшь детей по школам и детским садам, не успеешь ничего толком сделать – уже надо забирать школьников. Потом обед, уроки, туда-сюда – уже надо ехать в садик за маленькими.

Надо подробнее остановиться на том, зачем мы сюда ехали – на образовании. Нет, за этим сюда тоже ехать не стоит, не думаю, что пределом мечтания может быть высшее образование именно на Кипре. Людям амбициозным, конечно, больше подойдут Оксфорд или Кембридж. Правда, справедливости ради надо сказать, что школьное образование здесь на высоте, во всяком случае, английское. О другом судить не могу, мы не пробовали.

Но начнём, пожалуй, с детского сада. Мы сразу отдали своих детей в англоязычный детсад, где воспитательницы и нянечки ни слова не говорят по-русски. Не из вредности, а просто не знают этого языка. Очень беспокоились, как смогут дети объясниться, да даже в туалет попроситься, ведь до этого они не знали ни слова по-английски. К сожалению, как они там объяснялись, нам не дано было узнать, ибо сами мы по-английски практически ни бельмеса и понять рассказы воспитательниц не могли. Но воспитательницы при этом улыбались, в ответ улыбались и мы и согласно кивали головами. Единственным показателем успеха было настроение самих детей. Они бежали в садик с удовольствием. Вспомнился мне мой садик, куда я шёл как на каторгу, но лучше я сейчас об этом вспоминать не буду.

Так и не узнали мы, как складывается жизнь наших детей в детском саду, но через полгода я как-то прислушался к разговору своих детей, играющих на веранде – что-то мне показалось неестественным в этом разговоре. И с изумлением обнаружил, что они говорят между собой… по-английски!

В этом детсаду так готовят детей, что задолго до школы они уже умеют читать и писать, по-английски, естественно. Мы старшую дочь отдали в первый класс досрочно, пяти лет, чтобы ей потом не было скучно в школе, когда они будут изучать то, что она уже знает. И в школе то же повторяется, что и в саду: все учителя англичане, они нам говорят чего-то, мы улыбаемся и киваем, но ребёнок бежит в школу с удовольствием и мы спокойны. Конечно, надо бы и русский язык не забывать, а то дочь уже порой говорит так: «Я не буду есть мясо, because я его не люблю». Для этого есть в Лимасоле русские школы, которые можно посещать три раза в неделю после основной школы и получить при этом обычный российский аттестат. Но у нас на это, откровенно времени не хватает, поэтому русским языком мы занимаемся дома.

Да, тут уже, на Кипре, у нас родилась ещё одна дочь. Роддом сильно отличается от наших – отдельная палата для каждой роженицы, домашний уют. Правда в Москве уже тоже такое есть, за очень отдельные деньги, поэтому, главное отличие не в этом. Главное, что здесь нет никакой стерильности! Всякий кому не лень, может в любое время придти навестить маму и малыша, без всяких бахил и халатов, прямо с улицы! Киприоты такие любвеобильные семьянины, что их набивается в палату к своей родственнице человек по десять с десятками букетом и воздушных шариков, и они сидят целый день, тиская и целуя новорождённого. И при этом никаких инфекций! Вспоминается, как когда-то в Москве стоял под окнами роддома, потому, что внутрь нельзя – занесёшь инфекцию. Лабораторная чистота! При этом редкий младенец выписывался без стафилококка.

Что-то последовательность изложения у меня какая-то обратная получается: школа, детсад, роддом… По такой логике теперь надо о зачатии рассказать. На Кипре это делается просто: берётся будущий отец, у него отсекается важная часть детородного органа и выбрасывается в море, после чего в морской пене происходят определённые химические процессы и новый человек готов (смотри историю рождения Афродиты).

К слову, на Кипре, кроме Афродиты бывали и другие примечательные личности, например, военачальник Отелло или скульптор Пигмалион. И многие другие. Причём, не все они были мифическими или литературными героями. Так прототип героя трагедии Шекспира Маурисио Отелло был реальным человеком, командовавшим венецианскими войсками в Фамагусте.
Оставим, однако, исторические экскурсы тем, кому скучно, а сами поговорим лучше о быте. Ну, о еде, например. Или лучше о питье. Спиртное на Кипре стоит так дёшево, что существует реальная опасность спиться. Причём дёшево стоит не только местное вино или зивания, но и всякие пафосные вискари и джины здесь дешевле, чем в Duty free. Поэтому ещё раз заклинаю: не покупайте здесь недвижимости и не приезжайте на ПМЖ! Кстати, слово «пафосный» происходит от местного города Пафос. Или наоборот, чёрт их уже теперь разберёт.

Мясо тоже очень дешёвое, во всяком случае, свинина. Рублей сто на наши деньги. Макароны – 15 рублей за пачку. Но это надо места знать, это не во всех магазинах. Фрукты и овощи, если сами не хотите выращивать, тоже недорогие, на рынке. Апельсины – 30 центов, помидоры – тоже 30. Картошка, правда, 60. Зато какая картошка! Молодая! Она тут с дыню величиной, притом всё время молодая, потому что урожай снимается три раза в год.

В общем, если вы не хотите умереть от ожирения, от алкоголизма или скуки, если вы боитесь утонуть в море или насильно выучить английский язык, чтобы общаться со своими детьми – НЕ ПОКУПАЙТЕ НЕДВИЖИМОСТЬ НА КИПРЕ!

Если же вы всё-таки не внемлете моим уверениям, обращайтесь в риэлторскую компанию

ЧЕТЫРЕ ВЗГЛЯДА (4VIEWS):
www.cyprus4views.com
+(357) 97654247, +(357) 99181090
e-mail: mgizatulin@yandex.ru

Тамошние молодые, симпатичные, интеллигентные, дружелюбные и профессиональные сотрудники помогут вам подобрать такую недвижимость, чтобы как-то скрасить тяжёлую кипрскую жизнь.